Ах, римское право — это вам не шутки шутить! Там юристы были не просто занудами в тоге, а настоящими законодателями мод… ой, то есть права.
Представьте себе: в древнем Риме ответ юриста на вопрос был не просто словом в пустоту, а самостоятельным источником закона. Это как если бы сегодня адвокат в ответе на ваш вопрос по налогам мог сказать: «Пусть будет так!», и все — закон принят.
В Институциях Гая, одном из древнейших учебников права, написано примерно так: если юристы согласны — значит, это закон; если нет — судья выбирает самое вкусное мнение, как на рынке между двумя продавцами апельсинов.
Но вот беда: к V веку нашей эры правотворческая деятельность юристов пошла на спад, словно уставший гладиатор после боя с львом. Тогда вышел Закон о цитировании 426 года, который сказал судам: «Друзья мои, не морочьте голову мнениями всех подряд, слушайте только пятерку самых крутых юристов!» В этот элитный клуб вошли Папиниан, Павел (нет-нет, не апостол), Ульпиан, Модестин и Гай. Если они спорили — судья шел за большинством, а если равенство голосов — честь решать оставалась за Папинианом.
Наверное, он был такой себе римский Владимир Жириновский среди юристов.
Юстиниан же в VI веке взял и увековечил этих юридических гуру в своих Дигестах — огромном сборнике законов и мнений. Это было похоже на юридическую «Википедию» того времени с особым статусом: теперь их слова имели силу закона! Представьте себе современного блогера с миллионами подписчиков — вот так Юстиниан сделал из пяти мудрецов звезд правового Олимпа.
Юристы тогда были заняты несколькими вещами: отвечали на вопросы (respondere), писали образцы документов (cavere) — типа «Вот вам шаблон завещания для богатого патриция», советовали по судебным делам (agere), а иногда сами выступали адвокатами в суде (хотя потом стали больше консультировать профессиональных ораторов).
Ну и писали книги (scribere), которые дошли до нас лишь частично – видимо, древние переписчики были такими же ленивыми, как современные студенты перед сессией.
Большинство этих ребят были не просто адвокатами с улицы – они принадлежали к высшему обществу и занимали высокие посты. Законодательной власти у них не было (иначе бы Рим превратился в гигантский юридический сериал), но благодаря авторитету и знаниям они реально творили право.
Примерно как сейчас популярные блогеры формируют общественное мнение – только без мемчиков и лайков.
Интересно отметить две главные школы права того времени: сабиньянскую и прокульянскую. Сабиньянцы были более консервативны и формальны – представьте себе строгих учителей истории с очками на кончике носа. Прокульянцы же тяготели к свободомыслию – что-то вроде тех ребят из университета, которые всегда готовы поспорить о смысле жизни после третьей кружки пива.
Их споры касались более 30 вопросов права! Но разница была скорее стилистическая — как между борщом мамы и борщом бабушки: оба вкусные, но каждый со своей изюминкой.
А чтобы окончательно запутать ситуацию, в конце II века различия школ почти стерлись — все поняли: главное результат! Знаменитая «золотая пятерка» юристов стала эталоном для всего римского права.
Кстати говоря, 40% цитат в Дигестах принадлежит Ульпиану – можно сказать, он был рок-звездой среди юристов того времени.
Если бы нам сейчас пришлось выбирать между сабиньянской и прокульянской школой по принципу «кто круче», многие бы просто сказали: давайте лучше пиццу закажем! Но римские патриции серьезно относились к этим вопросам.